Идеальные лгуньи  - Ребекка Рид

Нэнси улыбнулась.

– Я не с тобой разговаривала, Харриет.

– Они отменяют вечеринку? – услышала Грейдон вновь и вновь повторяющийся вопрос.

Превосходно. Ужасно обидно узнать новость раньше всех и ничего не предпринять. По правде, еще лучше было бы подготовиться – организовать что-то вроде протеста, прежде чем Брандон успеет сделать объявление, – но так тоже неплохо.

– Друзья, вы можете уделить мне немного внимания? – послышался голос из дальней части комнаты.

Фиби Брандон стояла перед телевизором. В длинной комнате с высоким потолком и книжными шкафами учащиеся занимались практически всем. Здесь готовились к урокам, здесь проходили собрания, а по вечерам смотрели телевизор. Общие собрания обычно устраивали один раз за семестр – девочек ругали за беспорядок в спальнях и объявляли о том, что по случаю окончания семестра они обязаны дважды посетить часовню перед тем, как им разрешат вернуться домой.

Брандон взяла стул и села, скрестив ноги. Какая манерность!

– Итак, я хочу поговорить с вами о вечеринке, которая состоится на следующей неделе.

Молчание. Брандон провела руками по волосам, собирая их в бесформенный пучок. Она уже переоделась в «домашнюю одежду» после сегодняшних уроков, словно брюки от спортивного костюма «Аберкромби» могли заставить девочек лучше к ней относиться.

– Я хотела обсудить с вами предстоящую вечеринку и действительно ли мы хотим тратить наше время на такие вещи, – заявила новая учительница.

Комната наполнилась шепотом.

– Друзья! – сказала Фиби, перекрывая шум. – Нужно, чтобы вас слышали все, вам не следует перешептываться.

– Она делает вид, что от нас что-то зависит, – прошептала Нэнси на ухо Лиле.

– Проклятье, я ее ненавижу, – прошептала та в ответ.

Лицо Джорджии было повернуто в профиль – она с серьезным видом смотрела на Брандон. Конечно, она не присоединится к подругам. Нэнси прекрасно понимала, что Грин необходима стипендия на обучение, но она относилась к этому уж слишком трепетно. Никто не отнимает стипендию за один проступок.

– Я хочу поделиться с вами своими мыслями на эту тему, а потом мы их обсудим. Договорились? – предложила Брандон.

Ее слова были встречены одобрительным шепотом.

– Итак, я не посещала такую школу, как ваша, и никогда не ходила на подобные вечеринки, но, если честно, они кажутся мне странными, – сказала преподавательница, а затем немного помолчала. Господи, да она просто королева драматических эффектов! – Друзья, вы меня поражаете. Вы умные, блестящие и очаровательные, вас всех ждет замечательное будущее.

«Ну, давай, не тяни», – подумала Нэнси.

– Так вот, идея состоит в том, что на выходных мы позволяем, более того, поощряем ваше желание накраситься и нарядиться, сажаем вас в автобус и отправляем в школу для мальчиков, словно вы товар, оставляем там, чтобы вы развлекались в течение трех часов, после чего возвращаем домой, и тут у меня возникает ощущение дискомфорта. Друзья, вы достойны большего. Верно?

Нэнси пыталась не улыбаться. У этой женщины нет авторитета, она даже не пытается говорить с ними, как со взрослыми людьми. За кого она себя принимает? Теперь, в любую минуту, как только она позволит им говорить, девушки покажут глупой суке, как плохо она их знает, и это будет великолепно.

– Я вовсе не говорю, что вам не следует проводить время с мальчиками – напротив. Я лишь хочу сказать, что мы должны привезти их к вам! Придумать более естественный способ проводить время, например, организовать разные интересные дела. Вот что я имела в виду: многие ли из вас хотят встречаться с мальчиками на глазах у собственных учителей? Это просто странно! Если мы изменим систему, у вас будет больше знакомых юношей!

Снова послышался шепот, но, к ужасу Нэнси, она не услышала в нем возмущения. Складывалось впечатление, что Брандон побеждала. Хейди так и вовсе сидела в первом ряду и кивала на все, что говорила Фиби, как будто ее шею свела судорога.

– Итак, – продолжала Брандон, с улыбкой оглядывая девочек. – Мы будем голосовать. Если большинство захочет отменить вечеринку, мы так и поступим. Но если вы не считаете, что это устаревшее или поддерживающее гендерную дискриминацию мероприятие, и все еще хотите на нее пойти, так и будет.

Грейдон подняла руку.

– А почему мы не можем пойти на вечеринку, если поддерживаем ее, и просто туда не ходить, если являемся противниками этой идеи?

– Пожалуйста, подожди, когда тебе дадут слово, Нэнси, – ответила Брандон.

– Там мы можем? – спросила Найт.

– Я понимаю, почему вы спрашиваете, – сказала новая учительница, улыбаясь Лиле, – но нет, мы не можем так сделать, и я вам объясню почему, после того как мы проголосуем. Итак, все готовы? Хорошо. Если вы хотите изменить идею вечеринок, поднимите руку.

Нэнси наполнил настоящий ужас, когда она смотрела, как поднимаются руки. Все неудачницы, которые с трагическим видом будут стоять у стен во время вечеринки. Половина китайских девушек. Часть группы любителей верховой езды. Брандон улыбалась и считала.

– Тридцать пять голосов за изменения! Это больше половины, так что мое предложение принято.

Грейдон поднялась на ноги.

– Куда ты собралась, Нэнси? – спросила Фиби, стараясь говорить спокойно.

– Извините, разве собрание не закончено? – резко ответила та.

– Нет, – усмехнулась Брандон. – Ничего подобного.

Нэнси села на место с отчаянно бьющимся сердцем. Дальше будет еще хуже, она только не знала, как именно.

– Я бы хотела создать команду нашего Дома, которая станет организовывать мероприятия, но это будет трудно из-за того, что многие из вас уезжают домой на выходные.

Так и было, впрочем, она на это и рассчитывала. Неудачницы, не имеющие друзей, и иностранки остаются в школе на выходных. Им придется принимать участие в драматических мероприятиях вроде поездок на дурацкие музыкальные спектакли в Лондон или экскурсий на природу. Остальных будут забирать домой утром в субботу после уроков, или они отправятся к друзьям, чтобы заняться чем-то действительно интересным и веселым.

– Но все, кто хотели участвовать в вечеринке, уже написали, что не поедут домой. Так что… я составила план. У нас будет уик-энд для девочек! – объявила Фиби.

Половина комнаты возбужденно зашепталась, другая напряженно молчала.

– Завтра я свяжусь с вашими родителями, мы отправимся в незнакомое место, разобьемся на команды, организуем поход, а потом переночуем в палатках. Мы будем петь песни, рассказывать истории, делать все, что принято во время классических походов!

Что это: плохой американский фильм? Неужели она не понимает, что никто в этой комнате понятия не имеет о «туристической классике»? Они проводят каникулы на Маврикии, на Валь-д’Изере^[25], в Тоскане или в Южной Франции. Есть еще Хэмптонс. Выходные – это не рюкзаки и походы. И, конечно, никогда никаких палаток.